Интервью председателя Совета СКП-КПСС, первого секретаря ЦК КПС Олега Шенина

Олег Семенович, сегодня целый хор голосов обвиняет вас в раскольничестве, в том, что реального объединения коммунистов не произошло, а появилась всего лишь еще одна коммунистическая партия. Поэтому прежде всего ответьте на главный вопрос: почему и для чего учреждена Коммунистическая партия Союза России и Белоруссии?

— Мы преследовали две цели: объединить коммунистов и очистить коммунистическое движение на территории Советского Союза от негативных тенденций, которые сложились в нем после насильственного, преступного разрушения СССР и которые своими корнями уходят в июнь 1990 года, когда была образована Компартия РСФСР. На протяжении десятилетия те, кто был идейным вдохновителем и организатором этой партии, утверждают, будто она была создана в противовес Горбачеву, но это далеко от истины. КП РСФСР никогда не была в оппозиции Горбачеву, она послушно шла в фарватере его политики. А самое главное — образование КП РСФСР практически развалило партию как единое целое, сдетонировало разрушительный процесс суверенизации в КПСС и развело коммунистов по национальным квартирам.

После трагических событий августа 1991 года, а затем Конституционного суда по отмене запрета компартии и восстановительного съезда КП РСФСР, которая была переименована на этом съезде в КП РФ, коммунистическая разобщенность, идейная сумятица в комдвижении существенно возросли. Отступление от основополагающих принципов марксизма-ленинизма, в первую очередь от классового подхода, от пролетарского интернационализма, стратегическая ставка на победу оппозиционных сил главным образом в той или иной избирательной кампании, стремление оказаться в парламентском истеблишменте, интегрироваться во власть, имитация в пустых парламентских дебатах своей якобы оппозиционности, сражения за депутатские льготы, участие в дележе бюджета в интересах политических спонсоров, зазнайство и ком-чванство лидеров и многое, многое другое стали главным направлением деятельности руководства и фракции, и всей КПРФ после ее восстановления в 1993 году. А ведь все перечисленное выше — задачи не коммунистов, а социал-предателей.

Таким образом, глубокие, принципиальные расхождения в идеологии, стратегии и тактике между российскими компартиями с одной стороны и руководством КПРФ — с другой стали серьезным препятствием к объединению коммунистов. На январском (2000 г.) Пленуме Совета СКП-КПСС были даны резкие, но точные оценки состояния коммунистического движения в России и других странах СНГ. По нашему мнению, оно «свидетельствует о том, что именно теоретическая безграмотность и беззаботность выступают одним из главных факторов разъединения коммунистов. Хотя не требуется большого ума, чтобы понять: коммунистическая многопартийность выгодна только доморощенному и западному капиталу, а в условиях кризиса буржуазной демократии может служить фактором прихода к власти режима фашистского толка. Такова практическая цена пренебрежения теорией».



Для нас было также абсолютно ясно, что «социальная и классовая размытость, нечеткость, двусмысленность не могут консолидировать общество, объединить людей, тем более мобилизовать их на борьбу». Назрела задача очищения комдвижения и возвращения его к марксистско-ленинским истокам, и возможность ее решения открывалась при объединении коммунистов России и Белоруссии в Компартию Союза. Подчеркиваю: коммунистов, а не компартий.

— Но надо ли было предпринимать именно сейчас столь радикальный шаг? Ваши оппоненты не только из КПРФ, но и из Компартии Украины, Молдовы в своих заявлениях и постановлениях утверждают, что они тоже за учреждение Коммунистической партии Союза, но... надо бы погодить. Вот их аргументы:

Практически не построено единое правовое пространство, не сформирован общий экономический базис, не создан единый государственный механизм. А без этого фундамента рискует остаться нежизненной и предлагаемая идея партийного объединения».

— Хочу напомнить очевидные вещи. Стратегическая задача объединения коммунистов была единогласно записана в решениях XXX, XXXI съездов СКП-КПСС и всех наших Пленумов. 29 января 2000 года Пленум Совета СКП-КПСС по предложению первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии Виктора Валентиновича Чикина обсудил вопрос об образовании Коммунистической партии Союза Белоруссии и России и единогласно принял постановление опроведении подготовительной работы к съезду, которая была поручена Секретариату СКП-КПСС. Хочу также подчеркнуть, что за это постановление проголосовали в том числе и представители КПРФ, а также заместители председателя Совета СКП-КПСС товарищи Егор Кузьмич Лигачев и Евгений Иванович Копышев. Сам Геннадий Андреевич Зюганов на Пленуме, как обычно, отсутствовал.

Так что решение провести учредительный съезд не было прихотью Шени-на или кого-либо из руководства СКП-КПСС. Оно явилось обобщением многочисленных инициатив рядовых коммунистов в связи с ухудшением обстановки в стране и консолидации правых сил. Все попытки оттянуть начало процесса по созданию единой партии объективно работают на наших политических противников.



Что касается юридической базы, то для нас стимулирующим фактором иправовым условием образования Коммунистической партии Союза явилось образование Союзного государства двух братских народов — России и Белоруссии. Да, нас тоже не удовлетворяет уровень интеграции. Пока, к сожалению, полнокровного, действительно единого союзного государства нет, но мы понимаем, что, объединившись в одну партию, коммунисты Беларуси и России вместе смогут сделать для его становления и развития, для подлинной интеграции во сто крат больше, чем если будут действовать порознь.

— А Президиум ЦК КПРФ считает, что «поспешность и келейность в подготовительной работе и созыв съезда в этих условиях является ничем иным как политической провокацией, которая осложнит реальную интеграцию республик и формирование подлинного Союза».

— Это из области ненаучной фантастики. Ну, как может помешать интеграционному процессу слияние коммунистов в единую партию, которая ставит своей целью содействовать становлению и укреплению Союзного государства, братских связей между двумя народами? Что касается подготовительной работы, то ее Секретариат СКП-КПСС начал отнюдь не келейно и не тайно — материалы публиковались в газетах «Гласность», «Трудовая Россия», «Время» Российского общенародного союза, других изданиях, в Интернете. О ней мы информировали по Народному радио.

Накануне съезда прошел Исполком Совета СКП-КПСС. Практически руководители всех компартий на территории СССР одобрили проведенную работу и поддержали учредительный съезд. Против были только Лигачев, который заявил, что не допустит проведения съезда, и Копышев. И на последнем этапе оба развернули яростную борьбу. Сорвать съезд им не удалось, вопреки всему он прошел организованно и решил поставленную задачу. Им удалось

другое — путем невероятного давления, в том числе даже через посольство Российской Федерации в Беларуси и другие, как говорится, компетентные органы, поколебать позицию ряда белорусских товарищей, прежде всего первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии Виктора Чикина.

— В газетах, подконтрольных КПРФ, опубликовано заявление Чикина и председателя Совета Компартии Белоруссии Соколова о том, что они о съезде узнали из сообщений российской прессы, что делегация от КПБ не направлялась и Чикин своего согласия на избрание в руководящие органы не давал. А в сообщении АПИ из Минска от 19 июля сказано, что лидер белорусских коммунистов Виктор Чикин решение учредительного съезда прокомментировал так: «Создание компартии Союза Беларуси и России преждевременно», ибо союзную компартию «просто негде пока регистрировать, поскольку Минюст Союза еще не создан». Ничего не понимаю! На январском Пленуме я сидела рядом с Чикиным и своими ушами слышала, как горячо ратовал он за создание Компартии Союза Белоруссии и России. Что происходит?

— А происходит простая вещь: идет политическая борьба, в которой противники объединения прибегают к политическому шантажу и откровенной дезинформации, и у кого-то, к сожалению, сдают нервы. Это грустно, это прискорбно. Терять людей и разочаровываться в них очень тяжело.

После январского Пленума Совета СКП-КПСС Пленум ЦК КПБ полностью поддержал решение о создании Компартии Союза. В мае мы с заместителем председателя Совета СКП-КПСС Акифом Мамедовичем Багемским приняли участие в работе Бюро ЦК КПБ в Минске. Своим решением Бюро всецело поддержало и одобрило подготовительную работу и делегировало в состав Центральной рабочей группы товарищей от Компартии Белоруссии во главе с первым секретарем ЦК Виктором Чикиным.

Вся последующая подготовительная работа велась в тесном контакте с Секретариатом СКП-КПСС и Центрального Комитета этой партии. Наконец, мы с Виктором Чикиным, встретившись перед Международной конференцией коммунистических и рабочих партий в Афинах, еще раз обсудили все вопросы и подписали совместное Обращение к советским коммунистам. В нем, в частности, мы обратились «к тем, кто не потерял волю и способность к сопротивлению экспансии ультраимпериализма извне и социал-предателям и перевертышам внутри страны, кто сохранил верность коммунистическим идеалам, активную жизненную позицию и готов бороться за них», «с горячей просьбой поддержать нашу инициативу». Было подчеркнуто: «Вместе мы создадим партию, способную прервать деградацию страны и народа и осуществить намеченное». Консультации и уточнения велись с Чикиным по телефону до самого последнего момента. И я могу лишь догадываться, какие рычаги были задействованы, чтобы заставить его поколебать принципиальную позицию, которую он занимал и отстаивал в течение последнего десятилетия.

— В одном из материалов с критикой учредителей КПС сказано, будто КПРФ самой «логикой событий призвана стать инициатором Союза компартий объединяющихся государств». А Президиум ЦК КПРФ считает: «Право принимать решение о создании единой союзной партии принадлежит исключительно съездам компартий Белоруссии и России». Ваша точка зрения?

— Думаю, точки над i поставили XXX, XXXI съезды СКП-КПСС и последующие Пленумы. Эта позиция была выработана коллективным разумом всех

компартий на территории СССР. Что касается КПРФ, которая, как считают ее руководители и некоторые союзники, должна была бы стать инициатором объединения, то, к сожалению, она на протяжении десятилетия не может объединить даже коммунистов России.

Напомню общеизвестные факты. По итогам выборов в Государственную Думу в декабре 1995 года Компартия Российской Федерации вместе с союзниками получила блокирующий пакет голосов. Тогда искра надежды на возрождение мощного, единого коммунистического движения в России еще теплилась. Но идеологическая трещина между российскими компартиями становилась все шире и глубже, однако СКП-КПСС сделал все возможное, чтобы обеспечить хотя бы организационное единство действий. При нашем настойчивом участии лидеры КПРФ и РКРП подписали в марте 1998 года совместное заявление, однако оно так и осталось декларацией о намерениях.

В Политическом заявлении XXXI съезда СКП-КПСС, единогласно принятом 1 ноября 1998 года, было сказано со всей определенностью: «Рекомендовать коммунистическим партиям России и других стран выступить на парламентских и президентских выборах единым избирательным блоком». КПРФ тоже голосовала «за», но именно Компартия Российской Федерации отступила от решений съезда, хотя было ясно, что без единого блока протестный электорат будет поделен и ничего, кроме потери голосов, участие в выборах «тремя колоннами» не даст. Более того, во многих округах КПРФ блокировалась с партией власти и бизнесменами, чтобы не пропустить в Государственную Думу радикальных коммунистов и патриотов. В итоге фракция КПРФ и оппозиция потеряли думское большинство. Сейчас Дума может принять любые законы, независимо от позиции КПРФ. Пример уже есть: ратификация Договора по СНВ-2, существенно ослабившего позиции России, ее безопасность.

Но вопреки всему мы предприняли еще одну попытку объединить комдви-жение в России. Во исполнение январского (2000 г.) Пленума Совета СКП-КПСС мы собрали руководителей партий, договорились и оказали поддержку кандидату от КПРФ Геннадию Зюганову на президентских выборах. И не наша вина, что и эта кампания, проведенная и самим кандидатом, и его штабом вяло, безынициативно, даже с какой-то обреченностью, была с треском проиграна. И после всего этого нас обвиняют в расколе, в нарушении решений съезда о «единодействии»!Что касается претензий руководства КПРФ на лидерство и на исключительное право все вопросы, в том числе и объединения коммунистов Белоруссии и России, решать самостийно, то мы к этому привыкли. Не впервые руководители КПРФ противопоставляют себя Союзу коммунистических партий — КПСС. Они предпринимали неоднократные попытки создать параллельные СКП-КПСС и Международному комитету «За союз и братство народов» структуры. В ходе нашего последнего съезда постоянно шли кулуарные переговоры между руководством КПРФ и компартиями Украины, Армении, Молдовы. Затем под эгидой НПСР с большой помпой попробовали организовать его «филиалы» в странах СНГ, хотя в бывших советских республиках давно и успешно действуют движения «За союз и братство народов». Как и следовало ожидать, ничего из затеи «инициаторов» от НПСР не получилось.

Наконец, перед майским (2000 г.) Пленумом КПРФ, на котором я еще раз изложил позицию Совета СКП-КПСС, представители тех же партий, как все-

гда приглашенных руководством КПРФ, снова провели свой «междусобойчик». В нем участвовала и Партия коммунистов Белоруссии, возглавляемая Калякиным. Она проводит откровенно прозападную политику, на своем съезде официально провозгласила цель отстранить президента А.Г.Лукашенко от власти и блокируется в этом с самыми одиозными деятелями белорусской оппозиции, например, вступила в тесный альянс с антинародным Народным фронтом. Но руководство КПРФ именно с ней находит общий язык. Так вот, исходя из всего этого, объективно, может ли КПРФ стать объединителем компартий Белоруссии и России, на роль которого она претендует?

— Но Чикин и Соколов в уже упоминавшемся письме сообщают, что «Компартия Белоруссии продолжает политические консультации с руководством крупнейших партий Российской Федерации по созданию Союзной коммунистической партии».

— Консультации вести можно сколько угодно, но, думаю, белорусским коммунистам достанет мудрости и здравого смысла взвесить все и, осознав свою ответственность за судьбу коммунистического движения на всем пространстве нашего прежнего СССР, сделать — вопреки политическому шантажу и неслыханному давлению — правильный выбор.

— В деятельности Центральной рабочей группы принимала участие и РКРП, но она не вошла в учрежденную партию. Почему? Ведь ясно же, что это большая потеря для коммунистического движения.

— Съезд поручил нам продолжить совместную работу с РКРП по объединению.

— Почему вы решили вернуться к принципу организационного строения КПС, принятому в КПСС, которая состояла из партий союзных республик, а в РСФСР «своей», то есть республиканской партии не было?

— Потому что это единственно верный для такой страны, как наша, принцип. Жизнь это подтвердила. Повторю еще раз: стоило из КПСС вычленить КП РСФСР, как 19-миллионнная партия рассыпалась по национальным улусам, после чего разрушить единый СССР оказалось совсем простым делом.

— А вас не смущает, что на учредительном съезде было всего 97 делегатов из 17 регионов?

— Не смущает. В 1898 году в Минске нелегально собралось всего девять человек, и они основали Российскую социал-демократическую рабочую партию, которая гением Ленина всего за 19 лет выросла в мощную общественную силу и, осуществив победоносную Великую Октябрьскую социалистическую рабоче-крестьянскую революцию, приступила к строительству социализма. Мы не гонимся за количеством.

—Какие стратегические задачи намерена решать Коммунистическая партия Союза?

— Мы не представляем себе нашу партию с иными планами и задачами, с иными принципами, чем мыслил коммунистическую партию Владимир Ильич Ленин. А задача партии, по Ленину, не в том, чтобы отражать среднее состояние массы, а в том, чтобы вести массы за собой. Задачи и перспективы развития партии мы теснейшим образом увязываем с рассмотрением перспективы развития человека и страны.

Если говорить об экономических перспективах, то надо подчеркнуть, что образование Союзного государства неизбежно ведет к нивелированию разли-

чий социально-экономических систем двух республик. Практически мы стоим перед альтернативой: или экономически гораздо более мощная Россия заставит Белоруссию полностью подчиниться курсу капиталистического рынка и вовлечет ее в водоворот национальной катастрофы, или трудящиеся наших стран сумеют повернуть Союз на путь социалистического возрождения.

Достичь этого можно лишь в том случае, если КПС, используя все возможные формы борьбы, сумеет организовать и направить массовое движение трудящихся на решение конкретных задач. К первоочередным — пока сохраняется нынешняя система — мы можем отнести следующие.

Используя соответствующие положения договора о Союзном государстве, мы должны добиваться немедленной национализации отраслей транспортного, топливно-энергетического комплекса, а также телекоммуникационной системы и передачи их в собственность Союзного государства. Для устранения качественных различий в структуре наших экономик мы должны добиваться создания правовых механизмов, позволяющих осуществить — по инициативе региональных структур законодательной и исполнительной власти и трудовых коллективов — безвозмездную деприватизацию тех предприятий, частные собственники которых не смогли или не захотели обеспечить их эффективную работу. Предприятие же следует передать в полномочное хозяйственное ведение трудящихся.

Трудовым коллективам всех предприятий — вне зависимости от формы собственности — должны быть предоставлены широкие права контроля за производственно-хозяйственной и финансовой деятельностью собственников и администраций предприятий.

Это лишь малая толика того, что намечаем. Более подробно стратегические цели и задачи изложены в Программном заявлении съезда.

— Ну а как, каким путем вы намерены осуществить намеченное?

— На съезде мы определились и в этом плане. Наш путь — изменение не персонального состава режима, не «курса реформ», а производственного базиса общественно-экономической формации. А это возможно только через восстановление политической и экономической власти трудящихся во главе с современным рабочим классом — то есть диктатуры пролетариата. И это не пугало «возврата в прошлое», не жупел для «промытых» мозгов, а единственно действенная форма организации власти партией с революционной стратегией и тактикой в условиях классового государства — диктатура социалистической законности. За это мы будем драться. Уверен: не дрогнем, не отступим, не свернем.

«Потомки Каменева и Зиновьева пошли в атаку»


3046793057717328.html
3046826299234767.html
    PR.RU™